Загадка гибели Пригожина: где и когда могли заминировать самолет

Два самолета и экспресс-ремонт

Евгений Пригожин пользовался двумя самолетами — Embraer 135BJ Legacy 600 с бортовым номером 02795 и Hawker 800 (ранее он назывался BAe 125-800) с бортовым номером 02878. В последнее время чаще для полетов выделяли именно Hawker. В частности, на нем Пригожин летал почти весь июнь — в это время Embraer проходил ежегодное плановое техническое обслуживание в одном из ангаров в «Шереметьево», его осуществляла фирма «Джет Флайт Сервис». 25 июня борт 02795 снова был готов к полетам. И именно на нем основатель «Вагнера» осуществил уже по-своему исторический перелет из Ростова в Минск, на следующий день после приснопамятного мятежа 24 июня.

А 18 июля случилось непредвиденное — сломался турбохолодильник, или, проще говоря, кондиционер. Embraer встал на «прикол» в «Шереметьево». Технический директор фирмы-эксплуатанта «МНТ-аэро» Артур Минченков занялся поисками агрегата. В условиях санкций это непросто, поиски затянулись. Сначала планировалось найти холодильник за 10 дней, в итоге ожидание растянулось почти на месяц. Нужную деталь купили за 7 миллионов рублей.

Интересно, что, когда турбохолодильник растаможивали на складе в аэропорту, его… уронили и повредили. По крайней мере такую версию представил поставщик. По удивительной случайности компания заказала не один, а два кондиционера, и, чтобы не раздувать скандал, решила установить на борт второй прибор. Хотя сами эксплуатанты в эту историю не очень верят — более вероятно, что сроки поставки срывались, и компания, желая избежать репутационных потерь, просто отдала турбохолодильник, имевшийся в запасе «на всякий случай».

Все это время самолет находился на открытой площадке в аэропорту «Шереметьево». Доступ к Embraer во время ремонта имели три человека — два инженера, Сергей Китриш и Алексей Аншуков, и технический директор Минченков. Установка турбохолодильника началась утром 19 августа и закончилась вечером 20 августа.

МНЕНИЯ ЭКСПЕРТОВ:

Военный летчик, экс-заместитель министра гражданской авиации СССР Олег Смирнов скептически отнесся к версии с турбохолодильником, хотя и допустил, что современные взрывные устройства из-за их небольшого размера можно установить везде.

— Турбохолодильник в самолете выполняет функцию поддержания жизнеспособной атмосферы внутри самолета. Потому что во время полета температура за бортом достигает -60 градусов.

Сам турбохолодильник находится в системе кондиционирования. В систему кондиционирования в самолет воздух поступает через двигатели, а в двигателях температура воздуха достигает тысячи градусов, так как там идет интенсивное горение керосина. Чтобы дальше пускать воздух, которым можно было бы дышать, как раз и существует турбохолодильник.

— Современные бомбы хоть и со спичечный коробок, но несут очень мощный заряд. Так что это вообще не имеет значения, куда ее прикрепили, — рассказал Олег Смирнов.

Авиаэксперт Роман Гусаров рассказал, что турбохолодильник устанавливается в фюзеляже, в системе воздуховодов — «между внешней оболочкой фюзеляжа самолета и обшивкой». Несмотря на то что у всех самолетов разное расположение двигателей, тем не менее, скорее всего, турбохолодильник находился ближе к крылу.

— Теоретически — да, при определенных условиях можно было заложить в турбохолодильнике, на этапе поставки.

Отложенный взлет и внезапные посетители

Уже известно, как Евгений Пригожин провел последние дни перед смертью. Незадолго до трагедии он прилетел в Москву из Африки. Хотя после «мятежа» он был достаточно редким гостем в российской столице, чаще посещал Минск и Санкт-Петербург. Интересный нюанс: в Питере Пригожина после приземления всегда забирал вертолет. Да и в Москве он часто добирался до аэропорта не по земле, а по воздуху.

Планы Пригожина в 20-х числах августа периодически менялись. Изначально перелет из Москвы в Петербург на Embraer был запланирован на 21.00 22 августа. Но пассажиры так и не появились в «Шереметьево». А в 23.00 поступила информация, что вылет переносится на 17.30 23 августа. Также неожиданно менялось и количество пассажиров. Если в 23.11 поступила информация, что полетят 3 человека, то 23 августа в 14.25 число пассажиров выросло до 7. Впрочем, для экипажа эта информация мало что меняла — ведь Embraer имеет 13 пассажирских мест (в отличие от девятиместного Hawker).

Но еще утром на борт Embraer поднялись незапланированные посетители. И к ним, разумеется, приковано особое внимание следствия. Как выяснилось, самолет Embraer был выставлен на продажу, и в день крушения его осматривали те, кто откликнулся на коммерческое предложение.

Изначально потенциальные покупатели хотели осмотреть самолет в субботу, 19 августа. Но им ответили, что это невозможно: как раз шел монтаж нового турбохолодильника. Просмотр перенесли на 23 августа. И здесь кроется маленькая загадка. Переговоры вела менеджер самолета Наталья Минибаева. И она не могла не знать, что 23 августа самолета в «Шереметьево» может уже не оказаться — ведь изначально полет был запланирован на 22-е. Впрочем, сотрудница могла банально забыть скорректировать расписание. Хотя это маловероятно: Минибаева работает с Пригожиным более 8 лет. Скорее всего, уже тогда менеджер знала, что самолет вылетит из Москвы не 22-го, а 23-го, но из соображений конспирации не стала заострять на этом внимание раньше времени.

Визитерами оказались некие Александра Юлина и Сергей Клокотов. 22-го они прислали сканы своих паспортов — это обязательное условие для прохода на борт. Причем Юлина предоставила для прохода в режимную зону не общегражданский, а заграничный паспорт.

Сопровождали потенциальных покупателей второй пилот Рустам Каримов, который тем же вечером погиб вместе с Пригожиным, и Минибаева. Она уверяет, что и мужчина, и женщина все время были на виду, то есть у них не было даже потенциальной возможности оставить посторонний предмет на борту самолета. На борту они пробыли около часа, с 9.30 до 10.30.

Ряд телеграм-каналов сообщил, что Юлина и Клокотов занимают ответственные посты в авиакомпании «РусДжет», которая и хотела приобрести Embraer. По нашим данным, одно время Александра Юлина возглавляла некую консалтинговую фирму «Зет консалт». Она родом из Саратовской области, там же зарегистрирована по сей день, владеет автомобилем Mercedes-Benz GLC-KLASSE. Мы позвонили в «РусДжет», там сказали, что знают Юлину, но от дальнейшего разговора уклонились.

Сергей Клокотов родом из подмосковного Егорьевска, числился сотрудником фирмы «Быково-сервис» и имел небольшие задолженности по штрафам за нарушение ПДД. На наш вопрос о визите на Embraer он ответил: «Я не понимаю, о чем вы говорите», — и прервал на этом общение.

В 16.23 от менеджера самолета пришла информация, что пассажиры едут и будут через час — час 20 минут. В итоге Embraer вылетел на десять минут позже запланированного времени.

Последней информацией о ходе полета было сообщение от бортпроводницы Кристины Распоповой в 17.40 — «руление». Больше экипаж на связь не выходил.

Взрыв под сиденьем и место закладки

Уже очевидно, что события на борту Embraer развивались стремительно. Траектория полета самолета в какой-то момент меняется: он вдруг резко набирает высоту — почти на 1000 метров, затем сваливается в плоский штопор и просто падает вниз. Уже без правого крыла и стабилизатора — их оторвало при взрыве.

Что же могло произойти? Скорее всего, услышав за спиной взрыв, пилот чисто инстинктивно потянул штурвал на себя. Поэтому самолет резко пошел вверх. Почти сразу же у него отвалилось правое крыло. При этом произошло отделение стабилизатора, части самолета полетели в разные стороны от траектории полета: крыло — вправо, стабилизатор — влево. Расстояние между ними на земле после падения составило около 7 км. А участники полета практически сразу же потеряли сознание — либо от полученных баротравм, либо из-за перепада давления и температуры в результате разгерметизации. Впрочем, они никак не могли повлиять на развитие событий.

Источники в экспертном сообществе, изучившие схему падения самолета главы ЧВК «Вагнер» Евгения Пригожина Embraer, предположили, что взрывное устройство, из-за срабатывания которого случилось крушение, находилось в салоне, в районе крепления крыла.

«Характер разрушений и развитие событий позволяют предположить, что взрыв произошел внутри салона, — пояснил наш собеседник. — Возможно, устройство было заложено под сиденье в правой части салона. Но точно не в шасси».

Но встает другой вопрос: как эта взрывчатка была приведена в действие? Допустим, бомбу заложили в тот самый турбохолодильник, который меняли перед взлетом.

Опять-таки система кондиционирования начинает работать в аэропорту, еще до начала взлета: когда закрываются двери, создается специальное давление, то есть фактически начинается полет. И, условно говоря, запустить таймер невозможно, потому что никто не знает, сколько эту систему кондиционирования будут «гонять» на земле. Получается, что помимо самого взрывного устройства была система дистанционного приведения в действие… Иначе подгадать не получится.

Авиаэксперт также отмел версию установки датчика давления, который мог бы спровоцировать работу взрывного устройства в воздухе.

— Давление в салоне самолета устанавливается еще на земле на определенные параметры и дальше во время всего полета не меняется. Иначе устройство должно было бы сработать на земле, еще до взлета.

Роман Гусаров допустил: наличие взрывного устройства в турбохолодильнике могло остаться незамеченным — система может справиться с поставкой воздуха даже с инородным предметом внутри.

— Да, система будет работать вполне исправно. Даже если туда засунуть не спичечный коробок, а кирпичик. Вообще при особой сноровке в любую систему, в любую запчасть, которая была установлена, можно что-то запихнуть.

Беглый досмотр и странный уборщик

Если предположить, что взрывное устройство было заложено в самолет в последние дни (или часы) перед полетом, то подозреваемых на самом деле не так уж много.

Следователям придется изучить камеры видеонаблюдения в аэропорту «Шереметьево» начиная с 19 июля. Именно тогда Embraer встал «на прикол» в связи с поломкой турбохолодильника.

Как стало известно, по общепринятой практике самолет, стоящий длительное время на летном поле, в теплое время года периодически открывают для проветривания. Это необходимо для предотвращения образования грибка в салоне, в том числе на спинках сидений. Открывали ли Embraer во время почти месячного простоя, предстоит выяснить. Так или иначе, но серьезных манипуляций с самолетом не производили до 19 августа, когда начался монтаж нового турбохолодильника.

Также много вопросов вызвал тот факт, что Embraer находился под открытым небом. Характерно, что месяцем ранее, с 1 по 25 июня, на время планового ежегодного техобслуживания самолет загоняли в ангар. Да и сами техники не скрывают, что любые работы удобно производить в закрытом помещении. В одной из фирм, сдающих ангар под хранение самолета в «Шереметьево», нам пояснили, что парковка частного борта может стоить от 100 до 500 евро. Сказать что-то про гарантии безопасности нам затруднились. Возможно, именно желание сэкономить заставило владельца Embraer отказаться от ангара.

Кстати, скандал, связанный с проникновением в самолет Пригожина постороннего, уже случался. Правда, тогда это была ложная тревога. Инцидент имел место на втором борту, обслуживавшем Пригожина, — самолете Hawker 800 (ранее он назывался BAe 125-800) с бортовым номером 02878. Весной во время обслуживания в одном из аэропортов произошел занятный инцидент. Была заказана уборка самолета, о которой не предупредили техника. Он увидел в салоне постороннего человека с пылесосом и передал в службу безопасности, что «на борту кто-то шарится». Сразу же началось выяснение обстоятельств появления в самолете незнакомца. Но довольно быстро выяснилось, что уборщик — штатный сотрудник, и его визит был согласован.

В целом, как уверяют сотрудники фирмы-эксплуатанта, отвечающие за безопасность, ни один человек не мог попасть на «пригожинский» борт без паспорта.