+
Реклама


опубликовано в 10:53 от tsargrad.tv

Обжалованию не подлежит. Смертью Даши Дугиной Зеленский подписал себе приговор

Подрыв автомобиля с дочерью идеолога Русского мира Александра Дугина наглядно продемонстрировал, что «мягкая сила» против нацистского режима в Киеве стала для его лидеров символом слабости.

Такого не было давно. Очень давно. С тех времён, когда террористы «Ичкерии», пытаясь посеять панику в нашем обществе, устраивали взрывы в центральной России. Потом всё вроде как закончилось. И мы как-то отвыкли смотреть с подозрением на бородачей и укутанных по самые глаза в хиджабы женщин в метро, на вокзалах и автобусных остановках. Хотя привычка реагировать на одинокие сумки и пакеты в людных местах осталась.

И когда по прошествии некоторого времени после начала спецоперации стали появляться сообщения о подрывах сторонников Русского мира на освобождённых территориях и атаках дронов-камикадзе, мы тоже не особо напрягались. Потому что это всё происходило где-то там, далеко. И когда из Киева — уже не от радикалов, педалирующих эту тему последние восемь лет, а от политиков и околоплавающих деятелей — зазвучали неприкрытые угрозы «убивать русских», мы опять-таки пожимали плечами: пусть себе грозят — недоумки, что с них взять? И когда диверсионные группы начали устраивать налёты уже на территории России — в Крыму, в Ростовской и Белгородской областях, нас это не сильно тревожило: комариные укусы — да, болезненные, но не фатальные.

Впрочем, каждый раз, когда что-то такое происходило, поднимался ропот — почему же нет приказа о решительных — сокрушительных — ответах? Отчего есть лишь угрозы ударов по «центрам принятия решений», но реальных действий нет?

Эксперты рассуждали о том, что «наверху виднее», «ещё не время», а когда надо будет — ударим так, что негодяям мало не покажется. Но звучали вместе с тем и предупреждения: «комариные уколы» — только начало. Будет хуже.

И вот — дождались.

В 30 километрах от Москвы, на оживлённом в любое время суток Можайском шоссе, в субботу, 20 августа, взорвана машина с журналисткой и общественным деятелем Дарьей Платоновой — дочерью известнейшего философа современности, идеолога Русского мира Александра Дугина.

Теракт — это однозначно.

Совершение взрыва, поджога или иных действий, устрашающих население и создающих опасность гибели человека, причинения значительного имущественного ущерба либо наступления иных тяжких последствий, в целях дестабилизации деятельности органов власти или международных организаций либо воздействия на принятие ими решений, — так трактует Уголовный кодекс (ст. 205) подобные действия.

Взрывник-одиночка или диверсионная группа?

Трагедия произошла, когда Дарья возвращалась с патриотического фестиваля «Традиция», где выступал с лекцией её отец — Александр Дугин.

Собственно, всё случилось буквально через несколько минут после того, как она выехала с мероприятия и направилась в сторону Москвы. В районе посёлка Большие Вязёмы погремел страшный взрыв, от которого внедорожник Land Cruiser Prado, за рулём которого находилась девушка, моментально вспыхнул и, вылетев по диагонали через встречную полосу движения, врезался в ограждение на противоположной стороне.

Был ли это акт, направленный лично против неё, которую, к слову, Великобритания полтора месяца назад внесла в санкционные списки за поддержку СВО и её открытой позиции по ситуации на Украине? Или планировали убить её отца, известного общественного деятеля, вызывавшего явное раздражение на Украине своими высказываниями и идеологией и внесённого в списки «Миротворца»? Скорее — второе.

По словам наших источников, автомобиль принадлежал самому Дугину, она обычно ездила на другой машине. И именно он должен был в тот вечер, после фестиваля, ехать в нём домой — вместе с дочерью. Однако обстоятельства сложились иначе.

За руль села Даша. Одна.

А Александр Гельевич отправился следом на другом автомобиле — с друзьями. И дочь погибла практически у него на глазах.

По словам бывшего оперативника РУБОП Александра Григорьева, есть два варианта того, как было приведено в действие взрывное устройство:

Первый — там изначально стоял часовой механизм, рассчитанный на срабатывание в определённый момент. Но здесь есть нюансы, поскольку, например, «объект» мог выехать позже или, наоборот, раньше и успеть выйти. Или остановиться по делам, заскочить по пути в кафе, условно говоря. Второй вариант, более реальный — дистанционное управление взрывным устройством — с помощью телефона, это самое простое. Тогда, получается, некто ожидал появление именно этого автомобиля в конкретной точке. И нажал на кнопку. При этом момента отправления машины он, по всей вероятности, не видел, иначе бы знал, что в салоне самого Дугина нет. Следовательно, этот «некто» (или его подельник) подложил устройство в автомобиль — скорее всего, прицепил на магните к днищу, затем уехал и ждал неподалёку от того места, где произошёл взрыв.

Вход на фестиваль был свободным, туда съехались в этот день тысячи зрителей. И хоть «Крузер» Дугина стоял не на общей парковке, а на служебной, с отдельным въездом, это ничего, по большому счёту, не меняет. Постоянного наблюдения там, на этой стоянке, по нашим данным, не было. Более того, источники сообщают, что не работали и камеры наблюдения (этот момент требует отдельной проверки и уточнений).

И о том, что Дугин будет там выступать, естественно, было известно заранее: на официальном сайте фестиваля имелся соответствующий анонс.

Таким образом, надо просто знать номера автомобиля, отследить место, куда его припаркуют. Далее — дело техники. Практически уверен, что действовала группа, а не один человек. Наиболее вероятно — два человека. Один, условно говоря, водитель, он же обеспечивает наружное наблюдение. Второй — непосредственный исполнитель: тот, кто закладывает взрывное устройство. Как? Не хочется выступать неким пособием для психически неуравновешенных граждан, но это не так сложно. Всё зависит от конкретной обстановки — неприметная женщина либо загримированный под пенсионера мужчина. Случайная остановка возле «объекта» (что-то уронил и наклонился поднять, наклонился завязать шнурок) — и готово, вопрос только в сноровке, — говорит эксперт.

Сам факт закладки взрывчатки в людном месте, детальная проработка операции — всё говорит о том, что действовала специально подготовленная группа, считает эксперт. А то, что Дугин в последний момент передумал садиться в свой автомобиль и поехал в другом, указывает как раз на минимальное число диверсантов, иначе бы они оставили наблюдение непосредственно на парковке и знали, в какой машине будет находиться философ.

В таком случае ничего не мешало дождаться, условно говоря, следующего утра, обеспечивая скрытое наблюдение, чтобы выполнить поставленную задачу, — резюмирует Григорьев.

Но диверсанты установили бомбу, а потом выехали по предполагаемому пути следования — дорога-то в Москву оттуда всего одна, в этом ошибиться практически невозможно. И когда в заданной точке увидели внедорожник, один из них просто нажал на кнопку. После взрыва, здесь уже сомневаться не приходится, они уехали прочь.

Сейчас читают