03 Ноября в 11:05tsargrad.tv

Следы ведут в «Роснано»? За что убили семью банкира Яхонтова

новости

Уже точно установлено, что с бывшим замом управляющего московским филиалом обанкротившегося «Смоленского банка» и его женой и маленьким сыном расправился бывший партнёр и друг Михаила Яхонтова – бизнесмен Андрей Скрипкин. Но с него уже не спросишь: при странных обстоятельствах он покончил с собой в СИЗО в Белоруссии, куда убийца сбежал после расправы в Москве. Расследование Царьграда показало, что в этой жуткой истории странностей хоть отбавляй. Во-первых, в тот же день неизвестные пытали и зарезали экс-замначальника ГУЭБиПК Москвы Алексея Новосельцева, занимавшегося расследованием хищений в «Смоленском», а во-вторых, Яхонтова совсем незадолго до убийства вызывали на допрос по новым обстоятельствам финансовых афер – по выводу денег… из чубайсовского «Роснано»!

Непонятная расправа

Страшную картину в квартире на 29-м этаже элитного жилого комплекса «Воробьёвы горы» на Мосфильмовской обнаружила дочь бывшего заместителя управляющего «Смоленским банком» Михаила Яхонтова от первого брака. В коридоре в луже крови лежал её отец, в одной комнате – его вторая супруга, Антонина Носырева, в другой – их 8-летний сынишка Глеб. Взрослых зарезали и, судя по многочисленным ножевым ранениям, пытали, а ребёнка задушили – ему свернули шею.

Поражала даже не сама жестокость расправы, а то, как дерзко действовал убийца: во-первых, чтобы проникнуть в ЖК, надо было пройти через несколько постов охраны, во-вторых, там повсеместно установлены камеры видеонаблюдения, выведенные на пульт диспетчерской. Иными словами, остаться незамеченным было просто невозможно.

Более того, абы кого, чужого человека с улицы, всё равно бы не пропустили – охрана должна была связаться с квартирой, в которую он направлялся, и получить разрешение на допуск.

А он прошёл.

Чуть позже стало известно почему: изверг был хорошо знаком со своими жертвами. Поэтому-то его и впустили.

А вот что было дальше, сейчас уже никто не расскажет.

Убийца особо и не скрывался. Он спокойно вышел из высотки, сел в такси (белый Hyundai) и приказал везти его в Белоруссию. Буквально через несколько часов после обнаружения тел убитых его личность установили: это был Андрей Скрипкин – предприниматель, владелец ряда компаний, бывший клиент «Смоленского банка», а ещё – давний партнёр и личный друг самого Яхонтова.

Ориентировки на Скрипкина моментально разлетелись по всем постам, и его маршрут, к чести оперативников, удалось установить: по камерам выяснили, куда направился автомобиль, который его вёз, и уже на следующий же день Скрипкина взяли в Витебске – в одной из гостиниц, где он снял номер. Задержание, сообщают наши источники, производили оперативники республиканского КГБ. При обыске при нём обнаружили целый арсенал холодного оружия – немецкий кинжал и сразу четыре ножа.

И, опять же, он словно и не пытался прятаться, как будто не понимал, что его ищут сейчас повсеместно. Высказывалась версия, что убийца хотел рвануть на Украину и залечь там на дно, но, считают источники Царьграда, в таком случае он бы вряд ли действовал столь, мягко говоря, беспечно.

Экс-оперативник РУБОПа Александр Григорьев рассуждает:

Чисто теоретически – принимаем на веру, что само убийство получилось спонтанным, – он явился на трудный разговор, вышел из себя, убил бывшего друга, расправился с его домочадцами как с ненужными свидетелями и сбежал. Но в таком случае как объяснить, что у него изъяли холодное оружие? Далее: зачем надо было заселяться в гостиницу, почему не снять квартиру посуточно?

Таким образом, продолжает эксперт, намного логичнее выглядит версия спланированной расправы. То есть он изначально собирался не просить, а выбивать деньги, которые ему, по нашей информации (об этом позже), должен был покойный банкир. И, возможно, жена и ребёнок не должны были присутствовать в квартире, но поскольку они там оказались, то Скрипкин ликвидировал и их.

Таким образом, если развивать эту версию, он просто обязан был не только продумать путь отступления, но и озаботиться вопросами конспирации, в том числе подготовить липовые документы, – говорит Григорьев.

А дальше произошла ещё одна странность.

В ту же ночь, не дожидаясь неизбежной депортации в Москву, Андрей Скрипкин покончил с собой. Вот и всё: преступление раскрыто, подозреваемый мёртв, уголовное дело можно закрывать.

Между тем, как стало известно Царьграду, всё не так просто. Ведь цепочка таинственных обстоятельств на этом не заканчивается.

Крутая карьера в банке – и крах

57-летний Михаил Яхонтов был типичным представителем бизнеса 1990-х. Он – коренной москвич, получил неплохое образование. Рано окунулся в финансовую сферу – имел долю в коммерческом «Международном расчётном банке», в 1998-м открыл свою первую собственную фирму «Фронтлайн» (основной вид деятельности – оптовая торговля мебелью, бытовыми товарами, металлическими изделиями), причём вторым владельцем выступала офшорная компания «Фронтлин Индастриз Лтд.», зарегистрированная на острове Мэн. В том же году он учредил ещё одну компанию – ООО «Гроссар». В 2002-м Яхонтов заглянул и в политику – выступил одним из сооснователей «Партии граждан России» (она просуществовала пять лет).

В 2007-м у него появилась ещё одна компания, специализирующаяся на «оптовой торговле универсальным ассортиментом товаров». Через некоторое время Михаил Яхонтов также занялся бизнесом в сфере недвижимости.

Но реальным поворотом в его жизни стало знакомство с уроженцем Смоленской области, юристом Павлом Шитовым, который тоже после распада Союза занялся банковской деятельностью: сначала стал руководителем правовой службы «Смоленского банка», потом вырос до управляющего его московским филиалом, а после и вовсе занял пост председателя правления этой финансовой организации.

Шитов предложил Яхонтову пост своего зама в столичном филиале, и, по сути, тот стал его правой рукой. Через некоторое время Яхонтов получил 8,79 процента акций банка и возглавил кредитный комитет.

Вот только банк, как позже стало известно, выступал не просто «финансово-кредитной организацией», но и «прачечной» – структурой для отмывки и вывода денег. В 2013-м ЦБ отозвал у него лицензию, а спустя пару месяцев он был признан банкротом.

Как раз незадолго до этих событий топ-менеджеры «Смоленского» принялись активно выводить из него финансовые активы: скупали у подконтрольных фирм-пустышек такие же пустые ценные бумаги, выдавали кредиты однодневкам, переводили на них имущество.

Одной из «отмывочных» стало безликое и не занимавшееся реальной коммерческой деятельностью ООО «ЮникомФинанс», приобретённое в апреле 2012-го. Согласно материалам уголовного дела, которое было возбуждено по материалам проверок, проведённых Главным управлением экономической безопасности и противодействия коррупции (под руководством, здесь это важно, подполковника Алексея Новосельцева, занимавшего пост замначальника ведомства), для «ЮникомФинанс» был открыт расчётный счёт №40701810200000010189 в «Смоленском банке». Потом для него запустили кредитную линию, и началась перекачка денег: несколькими траншами туда перевели сотни миллионов рублей.

Незадолго до краха «Смоленского» Михаил Яхонтов, то ли предчувствуя скорую катастрофу, то ли руководствуясь какими-то другими соображениями, обратился к своему давнему товарищу и постоянному клиенту банка Андрею Скрипкину – уроженцу Симферополя, ресторатору, владельцу нескольких прибыльных (на тот момент) бизнесов. Скрипкин занимался производством спиртного (сеть компаний «Содружество»), вёл торговлю морепродуктами и рыбой (ГК «Славянская тройка»), производил нефтепродукты (ООО «Петролеум Транснэйшнл Компани») и так далее.

Скрипкин предоставил Яхонтову заём, оформив кредит в «Смоленском». Но банк лопнул, кредит возвращать всё равно пришлось, а долг – по некоторым данным, в несколько сотен миллионов рублей – никто ему не вернул.

В течение нескольких лет он лишился значительной части своего бизнеса.

Вспомнили о губернаторе

Но этот эпизод, фигурировавший, как стало известно Царьграду, в материалах, собранных оперативниками Новосельцева, в уголовное дело по растратам, хищениям и аферам в «Смоленском банке» не попал.

Яхонтов в судебном заседании подтвердил, что подписи на документах стоят его. Вместе с тем в ходе процесса он заявил, что считает, что банкротство банка связано (цитата) «с плохими взаимоотношениями Шитова П. Н. и губернатора Смоленской области (на тот момент им был Алексей Островский), поступившими в СМИ сведениями о плохом состоянии банка, банкротством «Мастер Банка», что повлекло резкий и большой отток денежных средств клиентов из «Смоленского банка».

Выдержка из приговора суда по делу «Смоленского банка» – показания Яхонтова.

Схожие показания дали ещё несколько человек, в том числе мать Павла Шитова. Сам Шитов успел сбежать на Украину к своему давнему товарищу – олигарху Коломойскому, с которым он познакомился в бытность того губернатором Днепропетровской области: предправления «Смоленского» переуступил «Приват-Банку» Коломойского портфель ипотечных кредитов. Вот что сообщила мать банкира:

После ухудшения взаимоотношений между Шитовым П. Н. и губернатором Смоленской области все учреждения Смоленской области по приказу губернатора закрыли свои счета в банке. Начался большой отток денежных средств, в отношении сотрудников банка начались провокационные действия, после чего из банка стали снимать денежные средства физические лица. Затем 20 ноября 2013 года была отозвана лицензия у «Мастер Банка», и клиенты стали снимать деньги со своих карт, что сильно повлияло на ликвидность («Смоленского») банка, в результате у него была отозвана лицензия.

В 2019-м Тверской районный суд приговорил фигурантов уголовного дела к разным срокам. Яхонтов получил шесть лет колонии. Но отсидел на зоне немного – ему зачли срок по формуле «год за полтора», проведённый в СИЗО.

Суд также постановил взыскать с четырёх топ-менеджеров «Смоленского», включая Яхонтова, 8 412 859 600 рублей (для сравнения, примерно столько же было найдено у полковника Захарченко) – солидарно, то есть со всех вместе.

Удобная версия: убийство за возврат долга

И тут ещё одна непонятная штука. В июне текущего года, когда Михаил Яхонтов не просто наслаждался свободой в компании семьи (сына Глеба и супруги Антонины Носыревой – бывшей сотрудницы пункта обмена валюты в филиале банка, на которой он женился вторым браком: она родила ему ребёнка, а также стала держательницей ряда активов), но и искал варианты, куда приложить свои усилия, в Арбитражный суд Москвы поступил иск от «Смоленского банка» о признании его банкротом.

Ход совершенно логичный, поскольку он позволял взыскать с него задолженность путём реализации имущества. И не часть той суммы, назначенной «солидарно» Тверским райсудом, а все 8,4 с лишним миллиарда рублей.

И 7 сентября арбитражная судья Е. А. Махалкина удовлетворила предъявленные требования. Но, поскольку Яхонтов не спешил расплачиваться по предъявленным счетам, финансовый управляющий признанного банкротом должника 20 октября затребовал от экс-банкира документацию о его имуществе.

С банкира Арбитраж постановил взыскать гигантскую сумму. Скриншот страницы сайта Арбитражного суда Москвы.

А взыскивать было что. Яхонтову принадлежал целый ряд крупных участков в Сергиево-Посадском районе Подмосковья – в СНТ «Кино» (деревня Воронино), – а также жилая недвижимость в Москве плюс автотранспорт (в том числе «Порше Панамера»). Кроме того, часть имущества была оформлена на Антонину Носыреву – она же формально выступала учредителем компании «Ист Маркет» (аренда и управление имуществом), зарегистрированной в доме на Мосфильмовской.

По одной из рабочих версий следствия, о намерениях полностью «раздеть» Яхонтова узнал Андрей Скрипкин, который хотя и продолжал к настоящему времени контролировать ряд своих прежних фирм (в том числе ООО «Петролеум Транснэйшнл Компани» и ООО Группа Компаний «Славянская тройка»), однако не получал с них никакого дохода. Более того, он оказался по уши в долгах.

На нём «висели» сразу четыре исполнительных производства на общую сумму почти в 100 миллионов рублей.

Исполнительные производства по Скрипкину. Скриншот страницы сайта ФССП России

И вот якобы он и явился в тот день истребовать деньги с Яхонтова, который, по его мнению, имел в «загашнике» ещё кое-что, помимо известных активов. Бывший оперативник РУБОПа Александр Григорьев полагает:

Такая версия выглядит и убедительно, и убеждающе. Вот только один вопрос. Скрипкин, судя по всему, был человек неглупый. И обязан был предвидеть, что его может постигнуть неудача – в случае, если Яхонтов не расколется и не согласится «поделиться». И вопрос: тогда что делать? Оставлять за собой трупы и убираться прочь, не получив ничего и потеряв, напротив, вообще всё?

Но вот именно то обстоятельство, что всё выглядит слишком «удобно», наводит на сомнения, говорит Григорьев.

К тому же есть ещё два момента.

Пасьянс не сходится

Первый – это убийство подполковника Алексея Новосельцева. Неизвестные расправились с бывшим начальником главка по экономическим преступлениям в садовом доме в Новой Москве – в поселении Десёновское.

Его тело с ножевыми ранениями (два проникающих в грудь и одно, резаное, – на шее) нашла дочь, когда он перестал выходить на связь после 24 октября. Пропал смартфон, а рядом с телом валялся пустой бумажник.

При этом в СМИ вспоминают, что Новосельцев возглавлял оперштаб по раскрытию заказного убийства губернатора Магаданской области Валентина Цветкова на Арбате, но отчего-то забывают, что он же, как упоминал Царьград, занимался оперативной работой по сбору материалов по «Смоленскому банку».

Да, Новосельцев давно отошёл от дел, но слишком уж странно выглядят такие совпадения.

К тому же есть и второй нюанс.

По данным источников, незадолго до убийства Михаила Яхонтова вызывали на допрос в ГСУ СКР по обстоятельствам хищения огромных сумм из чубайсовского «Роснано», в которых обвинялся управляющий директор госкорпорации по инвестициям Андрей Горьков.

Официальный релиз СКРВопреки установленному порядку и интересам АО «Роснано» и его единственного акционера – государства – размещал на постоянной основе денежные средства общества в ООО КБ «Смоленский банк» в размере от 460 до 740 миллионов рублей под видом расчётно-кассового обслуживания, а фактически – в целях финансирования деятельности банка. В связи с отзывом 13 декабря 2014 года лицензии у указанного банка АО «Роснано» лишилось своих средств в размере более 738 миллионов рублей. При этом из банка непосредственно накануне отзыва лицензии были выведены активы в пользу родного брата Горькова в виде объектов недвижимости общей стоимостью 400 миллионов рублей, – сообщили в СКР в день задержания Горькова в июне 2017-го оперативники (нет, не нужно удивляться) ГУЭБиПК МВД России и СЭБ ФСБ, когда тот уже купил билет и собирался вылететь за рубеж.

Горьков категорически отвергал обвинения и провёл в СИЗО ровно год. А потом вышел на свободу.

В новой попытке его «приземлить» апелляционная инстанция Мосгорсуда отказала. А в «Роснано» ранее выпустили заявление, в котором утверждалось, что у госкорпорации «нет материалов, подтверждающих нанесение Горьковым ущерба».

Но спустя некоторое время следственные органы вновь активизировались по этому эпизоду. Мог ли рассказать что-то интересное покойный Михаил Яхонтов? Этого, пожалуй, мы уже никогда не узнаем.

У Чубайса бы спросить, да он не скажет.

Главное на сегодня