+
Реклама
08 Сентября в 15:35ria.ru

В чем обвиняют врачей из Батайска — Умер через 12 часов

новости

«Люблю вас больше всего на свете» — такие подписи под многими фото на странице Юлии Лаптевой из Ростовской области. На снимках — она с супругом и двумя сыновьями. Младшему в июне исполнился год. В конце августа мальчик попал в больницу с «легким недомоганием» — рвотой. А через двенадцать часов его не стало. Мать во всем винит врачей. Следователи возбудили уголовное дело. Что случилось с ребенком и почему его не спасли:

«Укол от сердца»

Трагедия в семье Лаптевых произошла 30 августа. Но Юлия рассказала о случившемся только через неделю — «чтобы дело не спустили на тормозах». Под ее постом в инстаграме более десяти тысяч комментариев: люди возмущаются и соболезнуют родителям.
«Утром сын был бледный, вялый, сонный. Его рвало, мы вызвали скорую. Врачи сказали: ничего страшного, но лучше в стационар. Нас доставили в Центральную горбольницу Батайска, — восстанавливает ход событий Юлия. — В медкарте, которая, к слову, у меня сейчас на руках, в приемном написали: приехали в удовлетворительном состоянии, мальчик «может передвигаться самостоятельно». На месте мы были около 11 утра».

По словам матери, врач толком не осмотрел ребенка, сделал выводы о его состоянии «только по внешнему виду». «Затем взяли анализы и поставили капельницу с хлоридом натрия. Объяснили, что это поможет от рвоты. У сына порозовели щечки, я обрадовалась, думала, пошел на поправку. Медсестра рекомендовала принять «Неосмектин», но после него сыну стало плохо, затошнило. Позже тот же доктор, который проводил первичный осмотр, возмущался: под капельницей вообще ничего давать нельзя».

Затем Ивану (имя ребенка изменено) поставили другую капельницу — с глюкозой. «Тогда у него сильно надулся живот. Но мне сказали: «Это нормально». Вливания в итоге делали до четырех часов дня. Памперс я за это время ни разу не сменила…»

«Что-то идет не так»

Мальчика прокапали, и у него началась сильная интоксикация — рвота, диарея. По словам Юлии, персонал больницы успокаивал: все пройдет. «Медсестра вколола антибиотик «Амикацин». У Вани — одышка, посинели губы. Руки, ноги — холодные. А вот спина и живот, напротив, горели. Вызвали врача. Тот отмахивался: нужно переждать, идет интоксикация. Я сорвалась на крик: «Вы что, не видите, ему совсем плохо!» Измерили температуру — больше 38″.

Ребенка отнесли в процедурный, поставили литическую смесь от температуры (как правило, в составе есть анальгин, димедрол, папаверин). «На ЭКГ — тахикардия, пульс — 187. Врач велел медсестре сделать «укол от сердца». Что за препарат, мне так и не сказали. И не вписали его в медкарту. Теперь никак не докажешь, но мои глаза все помнят!» — утверждает Юлия.

Стабилизировать Ваню не удавалось. «Я просила, чтобы его транспортировали в Ростов-на-Дону. Но меня предупредили: не довезут. Врач побежал за реаниматологом. Медсестра хотела взять на анализы кровь из вены, подозвала меня подержать жгут. А мне самой было плохо, я билась в истерике, понимала: что-то идет не так…»

В семь вечера ребенка доставили в отделение реанимации. «Сказали, Ваня в тяжелом состоянии — оглушения». А в девять вечера у него остановилось сердце. Медики вернули сердцебиение, но ненадолго. В 23:25 сын Юлии умер. «Как такое возможно? За двенадцать часов врачи довели до смерти ребенка, который поступил в больницу с легким недомоганием», — плачет мать.